Книги и учебники по философии

Универсум морали - Ю.М. Федоров
Предисловие  Классическая концепция в постмодернистком мире

Предисловие  Классическая концепция в постмодернистком мире

Работа Ю.М. Федорова поразительна уже своим незнанием. В ней построена удивительно целостная и стройная концепция уровней человеческого бытия и соответствующих им ментальных структур и изложена концепция морали как особого универсума нравственных значений, структура которых является релевантной структуре бытия человека, заключающего в себя космический, родовой, социальный и природный универсумы.

В работе дан анализ истинных и ложных форм сознания, структуры этического знания.

Логическая целостность, представленное движение морального сознания от протофеноменов морали к их феноменам, эпифеноменам и гиперфеноменам, яркий язык, системная целостность работы буквально ошеломляют. Но ошеломляют по-разному. Одних — захватывающей перспективой вытекающих из концепции следствий, которые могут возникнуть в самых различных областях познания, в том числе в анализе конфликта, при экспертизах социальных проектов и программ. Нахождение фундаментальных основ такой конкретной деятельности буквально разоблачает с этой точки зрения эмпиризм и невнятицу мелких схемок, подходов и проч.

Других ужасает системной мощью, почти давлением, обязательностью освоить концепцию ради решения простых вопросов. Здесь можно усмотреть объективацию личности автора и ее концептуальную представленность едва ли не как форму насилия над другими менее цельными натурами.

Я была свидетелем реальности подобных споров, оказавшись одновременно... на стороне тех и других. Меня восхищала построенная концепция и вместе с тем угнетала ее монистичность, классичность, ибо мир-то наш уже явно неклассический и даже, как говорят, постсовременный. В нем уже умерли все боги и все герои, он уже почти вернулся к свободе как пустоте. Казалось, что Ю.М. Федоров не чувствует этого, что он живет в мире цельном и полном смысла. Где он взял такой мир?

В результате этих размышлений я присоединяюсь к позиции первых, сторонников концепции. Для этого у меня есть ряд серьезных соображений.

1) Наиболее распространенной методологией на Западе является постмодернизм. Он связан с сознательным принятием ситуации смерти богов и героев, концепцией свободы и плюрализма, единственной реальности языка. Умберто Эко — ученый медиевист и писатель в романе «Имя Розы» дал блистательный образец применения постмодернистского подхода к монистическим, целостным мирам. В этой связи передо мной встает вопрос, а применима ли классика для анализа нашего разорванного, плюрального мира? Ю.М. Федоров дал мне на него ответ, который прежде я не находила.

Почему метод, сформированный в условиях колоссальных социальных сдвигов современности, оказался столь эффективным для исследования средневековья Умбертом Эко? Потому, что он раскрыл невидимую самому этому периоду сложность, противоречивость и многообразие. Постмодернистский метод, не видя в мире никаких сил, кроме самодвижения, нашел его в средневековье, которое думало о себе, что движется силой бога. Упорядоченное, структурированное пространство классики, налагаемое на разорванную целостность сегодняшнего дня (по аналогии), способно увидеть в ней ту связность, которую современность сама не находит. Оба эти акта — применение постмодернизма к средневековью и использование классических по характеру моделей к современности — являются актами не только познавательными, но и моральными. Первый открывает в средневековье свободу, которая была задавлена целостностью духа. Второй открывает в современности смысл, разорванный плюральностью и устремленностью к развитию мира. Смысл этот состоит в трансцендировании, выходе за пределы эмпирического бытия, если не к богу, то хотя бы к человеческому роду. В противном случае констатация реальности есть порождение новых витков распада, провокация его. Как отмечает западный социолог Д. Бауман, необходимо развивать не постмодернистскую социологию, соответствующую климату постмодернизма, а социологию, способную понимать постмодернистский мир. В этом смысле возрастает значение концепций, являющихся классическими по способу своего построения.

2) Ощущение насилия, которое оставляет любая целостная теория, не учитывает того, каким открытым и беззащитным становится его автор, когда он полностью разоблачается в этой концепции. Всякий пустышка может слыть умником из-за ловко сказанной фразы, скрыв за ней всю свою интеллектуальную несостоятельность. Автор миропонимающей концепции открыт для критики целиком. Он не лучше и не хуже, чем его концепция. Он такой. Он рискует. Но риск Ю.М. Федорова оправдан.

3) Концепция Ю.М. Федорова работает. Для понимания мира, для понимания самих себя. Она применена в исследовании Севера.

4) Она красива.

Нет ни малейшего сомнения, что его труд заслуживает публикации, что читатель, способный читать философские книги, найдет в этой работе явление и новую крупную философскую фигуру. В. ФЕДОТОВА, доктор философских наук,  зав. сектором методологии социального познания Института философии Российской АН.

или

Следущая глава