Книги и учебники по философии

Философия. Экзаменационные ответы для студентов вузов - Ильин В.В., Кармин А.С., Огородников В.П.
39. Причинность и детерминизм. Монизм или плюрализм

39. Причинность и детерминизм. Монизм или плюрализм

Метафизической абсолютизации необходимости и случай­ности противостоит диалектическая версия детерминизма.

Детерминизм — ведущий мировоззренческий и мето­дологический принцип философии, означающий всеобщую взаимообусловленность, определенность моментов и про­цессов действительности.

С позиций диалектического детерминизма процесс реа­лизации возможности определяется целым рядом факто­ров, центральным из которых выступает причина, раскры­вающая внутреннее противоречие системы, порождающая процесс реализации возможности. Так как на действие при­чины накладываются воздействия условий, функциональ­ных связей-взаимодействий с параллельно развивающими­ся системами и прочие детерминации, порожденная дей­ствительность предстает в случайной форме, за которой скрывается необходимое содержание.

Например, причина развития зерна пшеницы в сте­бель — внутреннее противоречие, однако оно не может реализоваться вне соответствующих этому процессу усло­вий. Такими условиями выступают освещенность, влаж­ность, определенный химический состав почвы, атмосфе­ры и другие факторы. Все они колеблются в некоторых пределах. Выход хотя бы одного параметра условий за пре­делы меры влечет за собой гибель растения. Колебания внутри меры детерминируют (обусловливают) конкретные свойства ставшей действительности (стебля) — рост, сте­пень зрелости (спелости) и другие показатели, которые также колеблются внутри определенных значений меры.

 Таким образом, точные показатели (например, рост созрев­шего стебля) не определяются лишь причиной (она задает меру) и представляют собой случайность — форму про­явления необходимости, представленную мерой — мно­жеством количественных характеристик данного качест­ва, внутри которого оно сохраняется.

Условие — тип детерминации, связанный с однона­правленным действием внешних по отношению к причине факторов, способствующих раскрытию внутреннего про­тиворечия системы и сопровождающих процесс перехода возможности в действительность от начала и до конца.

Однонаправленность действия условий определяется невозможностью обратного воздействия на условия со сто­роны развивающейся действительности (например, на уро­вень освещенности).

В тех случаях, когда осуществляется относительно сим­метричное взаимодействие сопряженно развивающихся систем, имеет место функциональная детерминация. Так, функционально детерминируют друг друга хищники и их жертвы, обитающие в одной экологической нише.

Подводя итог сказанному, дадим определения необхо­димости и случайности.

Необходимость — момент развития, определяемый рас­крывающимся противоречием и представляющий относи­тельную устойчивость, повторяемость, целостность и не­прерывность, направленность процесса развития.

Случайность — дополнение и форма проявления не­обходимости, представляющая относительную неустойчи­вость, неповторимость, дискретность и отсутствие наперед заданного направления в процессе развития.

Поясним, что случайность-дополнение связана с откло­нениями внутри определенной меры условий и других внешних по отношению к причине факторов. Случайность-проявление — колебание действительности внутри качествен­но-количественной меры характеристик.

До сих пор в ряде научных дисциплин (прежде всего в математике, физике и биологии) термин «детерминирован­ная система» определяется как система с однозначной свя­зью состояний, то есть система, в которой предшествующее состояние однозначно и с абсолютной необходимостью детерминирует последующее состояние. Напротив, поня­тие «недетерминированная» или «вероятностная» система интерпретируется как такая, в которой переход из одного состояния в другое происходит случайным образом.

Подобные интерпретации мировоззренчески и методо­логически не оправданы, так как возвращают научное по­знание к метафизическому противопоставлению необходи­мости и случайности. Это, как мы видели, оборачивается либо абсолютизирующим необходимость и отрицающим случайность метафизическим детерминизмом типа лапла-совского, либо индетерминизмом, не признающим ника­кой объективной необходимости.

Данные метафизические доктрины, в свою очередь, вы­ступают методологическим постулатом либо для метафи­зического монизма, не признающего диалектического мно­гообразия мира, а в пределе и единства противоположно­го, либо плюрализма, постулирующего равенство и паритет разнокачественного, доходящего до отрицания системной субординации разнокачественных элементов.

Плюрализм как философская доктрина предполагает аб­солютное равенство всех начал в развитии мира, общества, человеческого мышления или познания. Плюрализм не при­емлет системной соподчиненности, иерархизированности ни в чем. Диалектический монизм, напротив, утверждает, что многообразие начал, причин, оснований всякого раз­вития представляет собой системный синтез, в котором системообразующим центром является одно такое основа­ние, причина и т. п.

Простейшим случаем плюрализма является философ­ский дуализм, постулирующий равенство материального и духовного в развитии мира и человека, в то время как идеализм и материализм являются монистическими, про­тивостоящими друг другу концепциями.

 Из сказанного ясно, что сопоставление плюрализма с признанием лишь качественного многообразия мира или взглядов на него («плюрализм мнений») упраздняет саму сущность данной доктрины, так как сегодня ни в науке, ни в обыденной практике не постулируется качественное единообразие мира, его «монолитная» нерасчлененность. Подобный «монизм» не был присущ даже первым древне­греческим мыслителям, учившим, что единое веществен­ное начало мира модифицируется в ряде его различных, качественно многообразных состояниях (Фалес, Анакси-мен, Демокрит и др.).

В ХХ в. плюрализм, став общей идеологией поначалу различных, субъективно-идеалистических в своей основе философских школ (экзистенциализма, нео- и постпозити­визма, структурализма, герменевтики и др.), логично при­вел их к слиянию в философии постмодернизма. В конце ХХ в. плюрализм стали отождествлять и с политической демократией.

Мировоззренческо-методологическими основаниями плю­рализма выступают:

номинализм — абсолютизация единичного;

аномологизм — логическое следствие номинализма, от­рицание закономерного начала в мире;

индетерминизм — абсолютизация случайности, отрица­ние не только причинной, но и любых определенностей, зависимостей и связей.

Применение этих постулатов к различным предметным областям дает следующие разновидности плюрализма:

онтологический плюрализм — постулирование незави­симости, несубординированности множества субстрат­ных и субстанциональных начал объективного мира;

гносеологический плюрализм — отрицание существова­ния объективности в истине, попытка обосновать равноправность, «равноистинность» различных, даже про­тивоположных точек зрения на один и тот же момент действительности; методологический плюрализм — попытка обосновать равноправность любых методов познания.

Наиболее показательным воплощением этой формы явился «эпи-стимологический анархизм» П. Фейрабенда;

социологический плюрализм — идея равноправия, рядо-положенности различных факторов социального раз­вития;

аксиологический плюрализм — постулирование равнопра­вия критериев оценки человеческих ценностей, вплоть до утверждения плюральности самих этих ценностей;

логический плюрализм наиболее полно выражен в идее «логической терпимости» Р. Карнапа, означающей прин­ципиальное отсутствие какой-либо наиболее адекватной миру системы логики;

политический плюрализм использует основные концеп­ции социологического плюрализма для обоснования идеи плюральности различных политических доктрин и про­цесса их практического воплощения (реальных поли­тических действий). Наиболее популярным вариантом политического плюрализма в «перестроечной» и «ре­формисткой» России выступает идея видного религи­озного экзистенциалиста К. Ясперса «Плюрализм — это демократия».

Так как онтологический плюрализм играет роль крае­угольного камня в построении всех современных плюра­листических концепций, уделим ему особое внимание.

Онтологический плюрализм несопоставим с данными современного естествознания, ибо всякая естественная, да и общественная, наука имеет дело с закономерными про­цессами, может выявлять и описывать только систему на­правленных изменений. Плюрализм не совместим с такой направленностью, так как последняя определяется субор-динированностью и координированностью сил, детерминирующих изменение, что противоречит аксиоме плюра­лизма о равновесности, независимости и равноправии раз­личных начал.

 Например, чтобы началось движение толкаемого тела, нужно, чтобы временное равновесие действия и противодействия сме­нилось доминированием воздействующей силы. Здесь проявля­ется субординированное единство и борьба противоположностей, что лежит в основе диалектического монизма.

Факты, получаемые современным естествознанием, сви­детельствуют: материальный мир во всех его проявлени­ях, на любом уровне организации — физическом, химиче­ском, биологическом и социальном — монистичен. Нет ни одной системы, которая не представляла бы собой субор­динированное и координированное единство элементов. Постулируемое плюрализмом отсутствие субординации между элементами означает отсутствие связи между ни­ми, т. е. отсутствие системы.

Последнее положение особенно характерно представле­но в позитивистской концепции «теории факторов», при­знающей равноправность в историческом процессе множе­ства факторов: экономических, культурно-исторических, географических, политических, нравственных, религиоз­ных и т. п. С таких позиций оказывается невозможным системный анализ исторического процесса, определение его закономерности и относительной направленности.

Вместе с тем задачей любой науки является нахожде­ние закономерного, раскрытие его сути. Незакономерное, абсолютно случайное непознаваемо, ибо познать мы мо­жем только повторяющееся, воспроизводящееся, общее. По­знать — значит понять, дойти от чувственно-единичного, конкретно-образного отражения предмета, до абстрактного, существенно-общего в определенном классе предметов — до понятия. Без понятий невозможно не только познание, но и мышление в целом. В связи с этим «теория факто­ров», не давая возможности исследовать процесс, демон­стрирует свой антинаучный характер.

Диалектический монизм исходит из теории диалекти­ческого детерминизма, раскрывающей субординированное единство причинных и непричинных детерминаций про­цесса развития как реализации возможности и на этой ос­нове выясняющей объективное соотношение необходимого и случайного в объективной и субъективной реальности.

Предложенная выше детерминистическая концепция связана с развенчанием и преодолением трех ложных аль­тернатив, являющихся серьезным препятствием для струк­турирования современного научного мировоззрения в це­лом, отдельных «картин мира» (в особенности социаль­ной) и методологии научного познания:

лапласовского детерминизма — индетерминизма,

необходимости — свободы,

абсолютного монизма — плюрализма.

Не представляя диалектического единства противопо­ложностей, эти дилеммы при любом варианте выбора внут­ри них или между ними ведут к метафизическим (анти­диалектическим) концепциям типа телеологии, неовита­лизма, «теории факторов», фатализма, волюнтаризма и т. п. Решение этой проблемы — в теоретической реконструк­ции системы типов детерминаций, определяющих разви­тие любой системы как реализацию ее возможностей, во­площение ее в действительность, что требует различения типов и форм детерминации.

Первые относятся к связи взаимодействия разного, вто­рые — к связи состояний различных этапов, моментов раз­вития одного и того же. Рассмотрение того, как происхо­дит взаимодействие, определение относительно активных сторон конкретного взаимодействия (детерминантов) по­зволяет раскрыть систему причинных и непричинных де­терминантов процесса реализации возможности — каузаль­ного, кондиционального (условиями), функционального, инспирирующего («запускающего» процесс), системного и управляющего типов детерминаций. Применение данной системы к анализу любого процесса позволяет установить конкретную форму проявления диалектического единства необходимого и случайного, устойчивого и изменчивого, сущностного и явленческого, повторяющегося и неповто­римого, общего и единичного в рассматриваемом процес­се, избежать метафизических противопоставлений и абсо­лютизаций.

или

Предыдущая глава Следущая глава