Книги и учебники по философии

Философия. Экзаменационные ответы для студентов вузов - Ильин В.В., Кармин А.С., Огородников В.П.
 40. Эволюция отражения от механического отпечатка к сознанию

 40. Эволюция отражения от механического отпечатка к сознанию

Вопрос о происхождении сознания уже присутствует в основном вопросе философии, в его первой стороне. Сле­дуя материализму, мы утверждаем генетическую и функ­циональную первичность материального. Это положение является важнейшим мировоззренческим и методологи­ческим основанием для решения проблемы происхожде­ния сознания. Однако диалектическая методология требует завершения анализа синтезом. Метафизическое противо­поставление материального и идеального делает непонят­ным происхождение идеального так же, как их отождеств­ление до неразличимости.

Чтобы доказать, что сознание является продуктом есте­ственной эволюции природы, необходимо выяснить, какое свойство всего материального по своей глубинной сущно­сти аналогично сознанию.

Еще Джордано Бруно (1548–1600) предполагал, что основной единицей бытия является монада, в деятель­ности которой сливаются телесное и духовное, объект и субъект. В связи с этим он считал способность к ощуще­нию универсальным свойством, присущим всей природе: «...и камень способен чувствовать».

При всей кажущейся наивности и неоригинальности (так как гилозоизм — учение об универсальной одушев­ленности материи — разрабатывался еще первыми древне­греческими философами) эта идея содержала в себе оченьмощную предпосылку к открытию уже в ХХ в. невиданно­го доселе атрибута материи — отражения.

 Это открытие было сделано на основе философского обобщения огром­ного материала наблюдений и экспериментов естествоис­пытателей всего мира на протяжении тысячелетий. Одной из генерализирующих идей стало эволюционное учение Дарвина, обращенное в ретроспективу становления Мета­галактики.

Синтезируя современные определения отражения, мож­но предложить такой вариант:

«Отражение — атрибутивное свойство материи, ха­рактеризующееся переносом структуры одной системы в другую систему в процессе их взаимодействия».

Отражение не только связано с эволюцией материи — оно лежит в фундаменте этой эволюции. Так как фунда­ментальным атрибутом материи является движение, про­следить сопряженную эволюцию материи и форм отра­жения можно на пути анализа эволюции форм движения и взаимодействия.

Здесь пригодится уже рассмотренная классификация Ф. Энгельса.

Исходная форма отражения — механическая, т. е. отра­жение, связанное с переносом из одной системы в другую моментов пространственной структуры. Например, след, оставленный метеоритом в почве, любой отпечаток, ца­рапина. Ясно, что, как и механическое движение, данная форма отражения не представляет собой нечто самостоя­тельно существующее. Механическая форма отражения — явленческий уровень других, более сложных форм.

Таковой является прежде всего физическая форма от­ражения, выступающая, с позиций современной космого­нии и космологии, основанием всей дальнейшей эволюции Метагалактики. Перенос физической организации нель­зя редуцировать к обмену пространственной структурой. Здесь имеет место взаимообмен моментами пространст­венно-временного континуума. Это и процессы превраще­ния энергии, и обмен одним из видов энергии (например, теплообмен), и явление электромагнитной индукции, и все другие процессы.

Запись фильма на CD являет собой пример многократ­ного физического отражения с переходом с аналоговой на цифровую систему кодирования и преобразования сиг­нала, отражающего сложную пространственно-временную структуру изображения и звука, которые сами являются отражением пространственно-временной организации сня­тых в фильме процессов.

Химическая форма отражения, базируясь на физиче­ской, представлена переносом более сложной структуры взаимодействия. Например, углеводородные соединения представляют собой взаимный перенос пространственной структуры реагентов. Так, основной стереохимической ха­рактеристикой макромолекул полимеров является конфи­гурация — полное пространственное распределение атомов, образующих такую макромолекулу. Та или иная простран­ственная конфигурация (структура) определяет свойство полимера.

Биологическая форма отражения включает в себя все предшествующие и опирается на них, но представляет ка­чественно новый уровень развития материи.

Исходной разновидностью биологического отражения является раздражимость — избирательное реагирование на свойства внешней среды. Раздражимость проявляется в тропизме растений — перемещении их под воздействием света, звука и других раздражителей. Для микроорганиз­мов раздражимость — это фототаксис (перемещение под воздействием света) и хемотаксис (реакция на химиче­ское воздействие). Все виды раздражимости отличаются от предшествующих форм отражения тем, что раздражи­мость — всегда приспособительная, адаптивная реакция, а не пассивное восприятие и сохранение некоторой внеш­ней структуры. Отражение для живого — это целенаправ­ленное изменение структуры функционирования под воз­действием элементов организации (структур) внешней среды. Может быть, это и есть одна из отличительных осо­бенностей живого.

 Более высокие формы отражения для живого являются общими для человека и животных и по механизму, и во многом по содержанию и характеру передаваемой струк­турной организации. Это ощущение, восприятие и пред­ставление. У человека эти формы приобретают новое ка­чество, соединяясь с высшей формой отражения — мыш­лением. Именно эта связь преобразует формы отражения в формы чувственного познания. В связи с этим мы рас­смотрим их несколько ниже.

Различные формы отражения не только строго суборди­нированы в отношении друг друга, но и неразрывно связа­ны — высшее возникает только на основе низшего и вклю­чает в себя это низшее в преобразованном виде.

Поэтому высшие и низшие уровни организации мате­рии постоянно взаимодействуют со взаимным отражени­ем — переносом структур.

Синтетическая теория эволюции изобилует примерами отражения, переноса структуры из абиотического (нежи­вой природы) в биологическое и взаимоотражения биоло­гических видов в процессе сопряженной эволюции.

Открытие Ч. Дарвином механизма органической эво­люции показало, что по существу вся эволюция есть адап-тациогенез (адаптиогенез) — возникновение, развитие и преобразование приспособлений (адаптаций) в процессе эволюции органического мира. Любой признак организа­ции является адаптивным. Конечности наземных позво­ночных животных имеют самое различное строение вслед­ствие приспособления к бегу, рытью, плаванию или полету, но основа строения конечностей одна и та же — сложный рычаг.

Биологические изменения подготовили и создали ос­нову для изменений в формах отражения.

Долгий путь развития через адаптацию и отбор привел к появлению Homo sapiens — существа мыслящего, чело­века. В происхождении человека, а следовательно, и в происхождении высшей формы отражения — мышления все исследователи выделяют два уровня детерминации: 1) при-родно-биологический, 2) социальный.

Мы не можем сегодня переместиться в начало челове­ческой истории, а факты археологии и палеоантропологии для этого периода очень скудны.

Однако еще в XIX в. немецкий ученый Эрнст Геккель (1834–1919) открыл биогенетический закон, состоящий в том, что индивидуальное развитие особи (онтогенез) яв­ляется коротким и быстрым повторением (рекапитуляци­ей) важнейших этапов эволюции вида (филогенеза). Это обстоятельство позволяет рассматривать развитие челове­ческого индивида как модель становления человечества.

Используя этот метод, можно выявить следующие био­логические детерминанты родового развития человечества:

переход к прямохождению и высвобождение рук;

использование в основном мясной пищи;

увеличение объема мозга и изменение (за счет мясной пищи) его биохимической структуры.

Человеческое сообщество биологически относится к ви­ду человек разумный (Homo sapiens), роду человек (Ho­mo), семейству гоминид (Hominidae), отряду приматов (Pri­mates), классу млекопитающих (Mammalia), типу хордовых (Chordata). С животным миром человека объединяет соот­ветствующие семейство, отряд, класс и тип. Однако видо-родовые признаки Homo sapiens приобретены им благодаря трем указанным выше анатомо-физиологическим измене­ниям.

Воспроизводятся они и в процессе онтогенеза — разви­тия каждого ребенка.

Если, например, происходит сбой или задержка в ней­рофизиологическом развитии, то интеллектуальные каче­ства такого ребенка при всех усилиях медиков и педагогов будут оставлять желать лучшего.

Особенно тяжелые последствия в становлении интел­лектуальной деятельности дают генетические мутации.

 Так, одна из форм врожденного слабоумия — болезнь Дау­на — имеет своей основой аномалию хромосомного набо­ра. У страдающих этой болезнью количество хромосом в клетках 47 вместо 46 (3 вместо 2 хромосом 21-й пары).

Однако вполне здоровый ребенок, попавший с грудно­го возраста на воспитание к животным (как, например, две индийские девочки Амала и Камала в 1930-х гг.), с опреде­ленного времени не только не становится существом мыс­лящим, но и приобретает необратимые изменения психики, не позволяющие никакими методами «сделать» из него че­ловека.

Противоположный случай — взрослый здоровый и здравомыслящий человек попадает на необитаемый ост­ров (в былые времена это было часто практикуемым ви­дом наказания для моряков). Дальнейшая судьба этого «робинзона», если его вскоре не освободят, не вернут в об­щество, трагична — либо голодная смерть, либо одичание, потеря человеческого облика и сознания. Из второго со­стояния также нет пути назад, как и у детей, воспитанных волками и другими животными.

Приведенные примеры показывают, что биологические предпосылки необходимы, но недостаточны для станов­ления сознания. Помимо них в формировании как отдель­ного человека, так и в филогенезе общества важнейшим моментом является социальная детерминация. Основопо­лагающим началом последней является труд — целенаправ­ленная, совместная, связанная с постоянным использова­нием специально созданных орудий деятельность людей. Труд обеспечил:

разделение функций между руками и ногами;

развитие органов речи и ее становление, появление языка;

постепенное превращение мозга животного в развитый мозг человека;

совершенствование органов чувств, адаптация их к ха­рактеру трудовой деятельности; 5) переход от преимущественно эмоционально-образно­го отражения мира к рациональному его отражению, к мышлению.

И сегодня характер деятельности, в которую включены группы людей или отдельный человек, формирует их со­знание, развивает в определенном направлении их мыш­ление и язык.

Труд не только создал первых людей, он и всегда был и будет не только основой жизни общества, но и главным детерминантом общественного и индивиду­ального сознания. Даже поверхностное знакомство с пред­ставителями различных сфер человеческой деятельности убеждает в истинности сказанного.

Таким образом, при рассмотрении достаточно сложной системы детерминаций процесса становления человека необходимо учитывать нерасторжимое единство природ-но-биологических и социальных факторов этого процесса.

Если природно-биологические основания уже сущест­вуют, дальнейшее развитие сознания определяется обще­ством. Какова социальная среда, такова и выросшая в ней, воспитанная данным сообществом личность, тип ее созна­ния. Яркий пример этому история с французским этногра­фом Жаном Велларом. В 1938 г., в Парагвае, на стоянке гуайкалов, принадлежащих к наиболее отсталым племенам аборигенов, Веллар обнаружил брошенную годовалую де­вочку. Она была, видимо, больна (что и послужило осно­ванием для племени оставить ребенка на произвол судь­бы). Веллар привез девочку в Париж, вылечил и отдал на воспитание матери. Через тридцать лет Жанна Веллар (так назвали девочку по приемному отцу) была уже этногра­фом с мировым именем, дважды доктором наук, владе­ющим всеми европейскими языками. Так проявилась роль социальной среды и характера деятельности в становле­нии сознания.

Главной «визитной карточкой» любого человека явля­ется его язык — непосредственная действительность мыс­ли. Язык не только явленческая сторона мышления. Он оказывает на мышление мощное обратное воздействие и, выступая необходимым инструментом деятельности, весь­ма активен по отношению и ко всем формам труда.

 В самом общем виде язык — знаковая система любой физической природы, выполняющая когнитивную (позна­вательную) и коммуникативную (общения) функции в процессе человеческой деятельности.

В процессе отражения человеком окружающего мира язык выступает заключительным этапом. Исходный пункт этого процесса — отражение предметов и процессов объ­ективной реальности в ощущениях, восприятиях и пред­ставлениях. Дальше следует обработка в мышлении нако­пленных памятью представлений, продуктом чего являет­ся опорный элемент мышления — понятие. Оперирование понятиями невозможно, если каждое понятие не фиксиру­ется каким-либо словом (группой слов).

Следует различать понятие — мысль, отражающую су­щественно-общие характеристики определенного класса мо­ментов действительности, и слово, являющееся элементом не мысли, а языка и выступающее знаком понятия.

Слово, как и всякий знак, ничего не отражает, а лишь фиксирует в материальном субстрате некоторый идеаль­ный образ. Одно и то же понятие может быть представле­но в языке разными словами. Существенные различия ме­жду языками разных народов состоят именно в том, что одинаковым понятиям в них соответствуют разные слова-знаки. Если бы различие было в понятиях, то никакой пе­ревод (скажем, древнеегипетских папирусов) был бы не­возможен. Невозможно было бы и понимание.

Но люди живут в одном мире, развивающемся по од­ним и тем же законам, обладающим одними и теми же ат­рибутами. Действующие в обществе законы общественного развития те же, что и действующие законы физики, химии и биологии, ибо общество — продукт естественного разви­тия природы. Поэтому-то и понятийный аппарат, исполь­зуемый людьми, принадлежащими разным эпохам, наро­дам, географическим зонам, в основе своей однотипен.

Различные языки отличаются друг от друга характе­ром составляющих их знаков. Всякий знак принадлежит объективной реальности (в противном случае он не был бы доступен ощущению). Чаще всего это звук, множество знаков связаны со зрением (знаки письменной речи, мор­ские сигнальные знаки, дорожные знаки, стиль одежды и украшения), реже мы используем знаки, воздействующие на тактильные (кожные) ощущения (знаки-прикоснове­ния), на обоняние — знаки-запахи (например, духи) или на вкус (например, дарение чего-то вкусного ребенку как знак любви).

Знаком может быть все, что может регистрироваться чувствами человека.

Знак — это любое объективно-реальное свойство, дей­ствие, вещь, процесс, способное воздействовать на органы чувств человека и выступающее в качестве указания, обо­значения или представителя другого свойства, действия, вещи, процесса объективной или субъективной реальности.

Подчеркнем отмеченное обстоятельство — знак всег­да принадлежит объективной реальности, но обозначает он нередко и субъективную реальность. Например, слова «ощущение», «восприятие», «представление», «понятие», «мысль» и т. п. обозначают элементы сознания или само сознание и потому обозначают субъективную реальность.

Моменты объективной реальности становятся знаками только в знаковой ситуации. Знаковая ситуация включает в себя условную связь (осуществляющуюся только в со­знании людей) между:

обозначаемым и знаком (в этом отношении нечто наде­ляется значением, т. е. становится знаком);

данным знаком и другими знаками в составе опреде­ленной системы (языка);

между людьми при помощи знака (вместо предъявле­ния обозначаемого предъявляют его знак).

Например, в знаменитом советском телесериале «Сем­надцать мгновений весны» провал явочной квартиры обозначается цветком на окне. Цветок играет роль знака. Про­фессор Плейшнер забывает значение цветка как знака и утрачивает тем самым связь с людьми, оставившими ему эту информацию.

 Существенное различие языков определяется не тем, на какой орган ощущения они воздействуют, а характером составляющих их знаков, прежде всего степенью абстраги­рования знаков от обозначаемого.

В этом отношении различают:

1.  Иконические знаки — знаки-подобия,  сохраняющие изоморфное подобие обозначаемого (изоморфное подо­бие для знака связано с ситуацией, в которой каждому элементу (моменту структуры) обозначаемого соответ­ствует элемент знака). Иконические знаки обладают наименьшей степенью абстрактности и потому состав­ляют многие естественные языки. Язык древнейших людей представлял собой систему, включающую прежде всего иконические знаки. В этом древний язык был бли­зок языку животных, явно имел с ним генетическую связь. Иконическими являются следующие знаки: <> с использованием зрения: фотографии, рисунки, жи­вописные изображения (конечно, не в стиле абстрак­ционизма или постмодернизма); <> с использованием слуха: знаки — звуковые подобия звуков, сопровождающих различные процессы в жи­вой и неживой природе. Любая копия таких звуков — от подражания (что особенно было важным для пер­вобытного человека) до записи природных шумов на лазерном диске являются примерами звукового ико-нического знака; <> с использованием вкусовых анализаторов: любое вкусо­вое ощущение-копия. Например, добавка специальных эссенций в напитки, после чего они воспринимаются как «грушевый», «виноградный», «яблочный» и т. п.; <> с использованием  обоняния:  иконическим знаком здесь будут естественные природные запахи, издаваемые растениями, животными или сопровождающие какие-то химические реакции, а также те же запахи, специально синтезированные и внедренные в мате­риал другой природы.

Последнее часто применяется в пищевом и парфюмерном производстве; <> с использованием осязания: все рельефные изображе­ния, осязаемые формы различных предметов и про­цессов живой и неживой природы. Например, объ­емные изображения вещей, людей, животных и рас­тений, используемые в формировании сознания у сле­пых, а в особенности у слепоглухонемых детей, для которых осязание является единственным каналом связи с внешним миром.

Схематические знаки — знаки-схемы, имеющие гомо­морфное подобие с обозначаемым (гомоморфное по­добие связано с соответствием одного элемента знака нескольким элементам (моментам структуры) обозна­чаемого). Схематические знаки представляют собой более высокий уровень абстрактности мышления тех, кто использует их в речи. Любая схема, чертеж, карта местности представляют собой пример схематического знака. Он используется при применении всех указан­ных выше чувственных анализаторов. Поэтому можно привести множество примеров использования схема­тических знаков в языке жестов, звуковых схем — ча­стичных подобий обозначаемых звуков или мелодий, осязаемых схематических изображений или частичных подобий — схем-запахов.

Символические знаки — знаки, лишенные какого-либо подобия обозначаемого и связанные с последним толь­ко за счет знаковой ситуации. Сегодняшний язык, как бытовой, так и любой профессиональный, — всегда сис­тема, представляющая собой единство символических знаков. Такой язык представляет наивысшую степень абстрагирования от непосредственно данного, отража­емого в ощущениях, современного мышления. Практически любое слово современного языка — пример символического знака.

 Чем, например, подобно слово «стол» любому конкретному столу? Символический язык усугубляет разрыв между чувственным и рацио­нальным отражением и познанием, а также между мыш­лением и языком. На этой основе создано и создается множество субъективно-идеалистических концепций, осуществляющих либо отрыв и абсолютизацию мысли­тельных процессов, либо идеализацию и фетишизацию языка. Человеческий язык, состоя с языком животных в «кровном родстве», качественно отличается от него именно высокой степенью абстрагирования. Язык жи­вотных — это набор сигналов, передающих реакции на ситуации и регулирующих поведение животных в определенных условиях. Сообщение животных может быть основано только на непосредственном опыте. Оно неразложимо на различительные элементы и не требу­ет речевого ответа: реакцией на него служит определен­ный образ действий. Напротив, человеческий язык ос­нован на диалоге и сохраняет эту основу во всех своих конкретных видах и формах.

Подводя предварительный итог, можно определить со­знание как свойство высокоорганизованных материаль­ных систем отражать существенно-общие характеристики внешней среды и на этой основе целенаправленно осущест­влять управление и регулирование взаимодействия с этой средой.

Сознание неразрывно связано с познанием, поэтому уточнение существенных моментов сознания должно про­изводиться как выяснение основных этапов, принципов и форм познания.

или

Предыдущая глава Следущая глава