Книги и учебники по философии

Философия. Экзаменационные ответы для студентов вузов - Ильин В.В., Кармин А.С., Огородников В.П.
42. Критерии истины. Догматизм и релятивизм

42. Критерии истины. Догматизм и релятивизм

Целью любого познания является истина. Проблема опре­деления сущности истины и ее критерия является не толь­ко одной из самых древних философских проблем, но и, без сомнения, одной из самых острых. Острота проблемы истины определена тем, что именно эта гносеологическая категория является центральной для выяснения мировоз­зренческой и методологической функций всего философ­ского знания.

Еще Платон определял истину как соответствие наших представлений о мире самому этому миру: «Тот, кто гово­рит о вещах в соответствии с тем, каковы они есть, говорит истину». Таким образом, уже в Древней Греции истина трактовалась как единство объективного, «того, что есть», и субъективного — нашего мнения о том, что есть.

Все наше сознание представляет единство объективно­го содержания и субъективной формы: явлений и сущно­сти объективных предметов и процессов и отражений их в ощущениях, восприятиях, представлениях (отражение яв­лений) и понятиях, суждениях, умозаключениях (отраже­ние сущности).

Часто, рассуждая об истинности наших суждений, мы явно или неявно смешиваем очень разные понятия, ото­ждествляя их как синонимы. Это понятия «правда», «ис­тина» и «правильность». Отсюда как тождественные при­нимаются и суждения: «Он правду говорит», «Он истину говорит», «Он правильно говорит».

«Правда» имеет своим антиподом «ложь», оба этих по­нятия входят в арсенал этики, но не философской гносеологии. Антипод «истины» не «ложь», а «заблуждение». «Правильность» относится к логическим понятиям и име­ет своим антиподом «неправильность».

Так как «плоскости» этих понятий не совпадают, встре­чаются разительные сочетания заблуждения, правильно­сти и истинности. Рассмотрим, например, такое умозаклю­чение: «Все планеты обращаются вокруг Земли. Луна — планета. Следовательно, Луна обращается вокруг Земли». Первое суждение-посылка — заблуждение. Однако заклю­чение сделано логически правильно, а вывод — истина. Если при этом мы считаем истинным геоцентрическую точку зрения, то данное умозаключение мы сделали не только правильно, но и правдиво. Однако если мы счита­ем суждение-посылку неистинным, а подаем как истин­ное, то мы лжем. В этом варианте сочетаются ложь, пра­вильность и истинность.

Истина или заблуждение относятся не к объективному миру, а к нашим суждениям о нем. Нельзя отождествлять объективную реальность с ее отражением в нашем созна­нии и рассуждать об истинности как о чем-то существу­ющем объективно. Именно из такой ошибки вытекают не­корректные фразы о «познании истины», об «отражении истины» и т. п. Истину нельзя отразить, но ее можно вы­разить в каком-либо суждении.

Не всякая форма мысли может выражать истину. Так, ни одно понятие само по себе, вне связи с другими поня­тиями, не выражает ни истину, ни заблуждение. Напри­мер, понятие «дом» не выражает истину. Суждения же типа «Это — дом», «Это — не дом», «Этот дом высок» вы­ражают либо истину, либо заблуждение и могут быть про­верены на истинность. Выше было отмечено, что не все предложения выражают суждения. Те из них, которые не представляют суждений, не могут выражать и истину или заблуждение. Например, вопросительное предложение «Бу­дет ли завтра хорошая погода?» не выражает ни истины, ни заблуждения и не может быть проверено на истинность.

Суждение — форма мысли и потому субъективно. Но содержание суждений лишь постольку истинно, поскольку соответствует объективной реальности. Именно в этом смысле истина всегда объективна.

 В современной философии встречается множество агно­стических учений, силящихся доказать невозможность до­стижения в познании объективной истины. Большинство авторов таких учений — субъективные идеалисты, для ко­торых объективная реальность — фантом человеческого со­знания. Единственное, с чем имеет дело человек, — факты его собственного сознания. При такой поставке вопроса истина также становится фантомом и разговоры об объек­тивной истине лишены основания. Упраздняется и весь познавательный процесс…

Существуют и концепции умеренно агностические. К ним относятся прежде всего различные варианты современного релятивизма. Напомним, что релятивизм абсолютизирует изменчивость мира и на этой основе отрицает возможность познать его. Если объективная реальность изменчива, то не может быть устойчивого знания о ней.

Наиболее ярко противоположные подходы к истине про­являются в различных критериях истинности.

Рассмотрим несколько конкретных вариантов критерия истины суждений из тех, которые и сейчас используются на практике, а иногда и в науке, несмотря на то, что они содержат явные логические противоречия и противоре­чат практике познания и деятельности.

Ясность и отчетливость

Великий французский философ, физик и математик Рене Декарт (1596–1650) в работе «Рассуждение о методе» (1637) утверждал, что истинным можно признать только то, «что представляется моему уму столь ясно и столь от­четливо, что не дает мне никакого повода подвергать их сомнению». Декарт как основоположник рационализма в гносеологии, предполагал, что такое истинное знание, зна­ние о сущности всех вещей и процессов, заключено во вро­жденных идеях, находящихся в голове у каждого челове­ка. Основным же методом получения этих идей он считал интуицию: «Под интуицией я разумею не веру в шаткое свидетельство чувств и не обманчивое суждение беспоря­дочного воображения, но понятие ясного и внимательного ума, настолько простое и отчетливое, что оно не оставляет никакого сомнения в том, что мы мыслим, или, что одно и то же, прочное понятие ясного и внимательного ума, поро­ждаемое лишь естественным светом разума и, благодаря своей простоте, более достоверное, чем сама дедукция...»

Таким образом, Декарт отвергал логические операции ума, полагая, что истинные суждения могут быть получе­ны интуитивно, «в готовом виде». Предложенные Декар­том критерии истинного суждения — «ясность, отчетли­вость и очевидность» — относятся к субъективной форме высказывания, в то время как истина еще Платоном свя­зывалась с объективным содержанием высказывания, т. е. с соответствием высказывания тому в объективной реаль­ности, о чем оно повествует.

Субъективистской трактовке истины вполне соответст­вует предлагаемый Декартом критерий истинности мыш­ления: «Кто ясно мыслит, тот ясно излагает». Однако сту­денты знают, что ясность мышления (владение истиной) далеко не всегда подкрепляется ясностью изложения даже у гениальных авторов научных работ. Кроме того, одному читателю (или слушателю) изложение может представить­ся ясным, а другому — туманным, запутанным, непонят­ным. Получается, что с позиций одного — автор владеет истиной, а по мнению другого, тот же автор заблуждается и вводит в заблуждение других.

или

Предыдущая глава Следущая глава