Христианская литература

Песнь творения - Жан Бастер
Брат Вселенной

В этот хор монахинь Франциск Ассизский включается по благодати человека, на которого не только возложена миссия собирателя воедино земного гимна Богу, Корифея Песни Творения, но также призвания глашатая всемирного братства.

Мы не уверены, что к настоящему времени его идеи восприняты во всей полноте. А ведь благодаря ему, мы касаемся самой сердцевины великой тайны: связано ли спасение человека со спасением Творения? Ответ Беднячка целиком интуитивен и духовен - он типично христианский, потому что преисполнен любви.

Нужно остерегаться, чтобы не принять его слова за излияния чувств, чистую поэзию или даже "мистику" в иррациональном смысле - можно говорить лишь о том, что эта мистика происходит из разума Духа Святого. Менестрель Господа, Франциск стал им не для того, чтобы очаровывать или развлечь нас, но чтобы обратить нас, предать нас воле космического причастия по образу Христову.

Он любит абсолютно и буквально все. Ему слишком часто приписывали заботу исключительно о животном мире. На самом деле достаточно прочесть его гимн-завещание, "Песнь брату-солнцу", чтобы убедиться, что в нем Франциск прославляет, помимо дневной звезды, сестру-луну и сестер-звезд, брата-ветра, сестру-воду, брата-огня, сестру-землю с плодами, цветами и травами, но не упоминает ни о каких животных. Мы можем лишь добавить, и это очень важно, потому что возвращает в райское состояние, что оно перечисляет элементы вегетарианской пищи, когда говорит о сестре-земле как о кормилице.

По воспоминаниям брата Льва, он обращался ко всякой твари, к какому бы царству она ни принадлежала "со внутреннею и внешнею радостью, так, словно она была наделена чувством, разумом и даром речи". К каждой твари имел он "жалость и сострадание" и "печалился, если к ним относились без должного уважения".

Также отмечали его особую нежность к огню - он желал, чтобы угли и дымящиеся головни клали на землю очень осторожно. Когда он мыл руки, то выбирал такое место, где бы вода, которой он воспользовался, не была сейчас же выплеснута под ноги. Брату, который заготавливал дрова на растопку, он советовал не срубать все дерево целиком. Также он говорил брату-огороднику, чтобы он не засеивал все грядки овощами, а оставлял местечко и для сорняков.

Он проповедовал не только перед птицами. Согласно Томасу де Целано "когда он видел луг, украшенный цветами, он начинал проповедовать им, словно они были наделены разумом и призывал их восхвалять Господа. Поля созревающих злаков и виноградники, скалы и леса, все виденные им прелестные пейзажи, фонтаны, изгороди, землю, воздух и ветры - все это призывал он с подлинной простотой возлюбить Бога и служить Ему от всего сердца. Всякое существо получало имя брата; глубокая интуиция его сердца помогала ему самым удивительным образом, недоступным больше никому, приблизиться к мистерии сотворенных."

Его бестиарий был неисчерпаем: он обретал символическую ценность, как в истории с волком Губбио, только потому, что был прежде всего очень конкретным. Так, справляя Рождество, согласно брату Льву, он просил, чтобы на дорогу бросили пшеницы для наших братьев жаворонков" и чтобы "нашим братьям волам и ослам" задали побольше овса. Во имя любви к Младенцу Иисусу нам следует "радостно проявлять щедрость не только по отношению к бедным, но и к домашним животным и птицам".

Чудо, которое произошло в пустыне с Иисусом, с египетскими и ирландскими отшельниками, повторилось с Беднячком из Ассизи: дикие звери приходили и служили ему. Зайчонок, свернувшись клубком, спал у него на груди; одна водяная курочка не отходила от него, рыба и кузнечик тоже всегда хотели всегда быть поближе. В Альверне ризничим при нем состоял сокол, который будил его ночью на молитву. В Портинкуле одна овца склонила колени перед Телом Христовым.

или

Предыдущая глава Следущая глава