Христианская литература

Песнь творения - Жан Бастер
Верность Святой Руси

На другой оконечности Европы раскинулась страна, которая не ведала медленного исчезновения библейской любви к природе: Россия, христианская нация, возникшая в результате распада Византийской империи, будет претендовать на то, чтобы стать “Третьим Римом". В ХIV веке в северных лесах расцветет новая Фиваида, основателем которой станет Сергий Радонежский, воспроизведший подвиги Отцов-пустынников. Дружа с дикими зверями, он делит свой хлеб с медведем. Однажды у него остается последний кусок, но тем не менее "он бросает его зверю, не желая его обидеть и позволить уйти голодным".

В ХVII веке протопоп Аввакум, сыгравший большую роль при расколе русской Церкви, окропляет святой водой и кадит ладаном над больными курами, после того, как отслужил службу об их выздоровлении. Куры поправились. Аввакум не удивился: "Не впервые сегодня Христос совершает это. Уже Косьма и Дамиан помогали людям и животным и лечили их силою Христовой. Бог всех любит: зверь и птица живут во славу Его."

В ХVIII веке епископ Тихон Задонский, удалившись в монастырь, сам ходил косить сено для своей лошади, которую называл "старик", потому что действительно конь был очень старый: "Положи эту траву в повозку, сегодня вечером она пригодится старику". На обратном пути Тихон произносит речь, где основной темой является трава как воплощение вечности.

В начале XIX века миссионер Макарий Глухарев, вернувшись из Сибири, где он в течение тринадцати лет обращал язычников, отвечает старушке, упрекавшей его за то, что он мало спит ночью: "Разве птички ложатся спать? Они могут подремать немного на ветке и снова принимаются славить Бога. Мы же, существа разумные, должны быть еще более способны к бдению и посвящать все время своей жизни прославлению нашего Творца и Спасителя."

Его современник Серафим Саровский идет по стопам Сергия Радонежского, потому что к нему тоже приходил медведь, когда он жил в лесном скиту. По собственному признанию святого, он связывал себя с более древней традицией, - с отшельником Герасимом, который в V веке жил в палестинской пустыне, "на берегу Иордана ему служил лев; а у бедного Серафима есть только медведь".

Один эпизод показывает, что благодать дружбы с дикими зверями может передаваться и тем, кто живет неподалеку от святого. Эту историю рассказала та, что была удостоена благодати - молодая монахиня, искушаемая оставить послушание и отказавшаяся от этих мыслей после беседы с Серафимом, которая произошла в лесу.

Придя в скит, она видит пустынника в обществе медведя, которого тот жестом удаляет от себя. Но медведь возвращается, укладывается у ног отшельника, который дает ему хлеба. Монахиня в ужасе. Успокоив ее, Серафим предлагает ей самой покормить животное. Она делает это "с таким чувством утешения", что ей не хочется прекращать, потому что "дикий зверь был кроток со мной по молитвам святого отца Серафима."

Отшельник уговаривает молодую монахиню не разочаровываться в своем призвании, потому что дикие звери слушаются его. Серафим почти не шутит, говоря о медведе: "Если бы у меня в келье были ножницы, то я бы постриг его в монахи." Этими словами, он показывает, что относится к зверю как к брату.

Другой эпизод: Серафим, вернувшийся в Саровский монастырь, сокрушается, что крот испортил пять или шесть картофелин в огороде: "Смотри, смотри, - говорит он своему келейнику, - нехорошо уничтожать труд других." Келейник удивлен этим детским возмущением Серафима, "не прогонявшего даже слепней, которые слетались его кусать". Но картошка была предназначена для того, чтобы накормить бедных монахинь. Так что Серафим обрадовался, когда немного спустя этого крота схватила и унесла прочь хищная птица.

или

Предыдущая глава Следущая глава